Двуязычные дети с синдромом Дауна

Оставлен Лизавета

Описание: 

Статья профессора Сью Бакли, специалиста Международного фонда содействию образования детей с синдромом Дауна.

Автор: 

Письмо
Наш семилетний мальчик с синдромом Дауна ходит в школу, где изучает второй язык – Гэльский. Дома мы говорим на английском. Мне было бы интересно узнать о ком-нибудь с синдромом Дауна, кто находится в похожей ситуации (т.е. изучает язык отличный от языка, на котором говорят дома). 
Большое спасибо, Джон Чэрити.

Комментарии

Это письмо, запрашивающее информацию о детях с синдромом Дауна, изучающих второй язык, подтолкнуло меня к тому, чтобы обобщить мой опыт и те советы, которые я даю. 

Меня часто спрашивают о двуязычии родители и специалисты, и я даю им следующий ответ: 

  1. Насколько мне известно, не существует научной литературы или систематических исследований двуязычия у людей с синдромом Дауна, которые помогли бы принять информированное решение по этому вопросу.
  2. За последние 15 лет, во время многочисленных поездок по всему миру я встречала многих детей и взрослых с синдромом Дауна, которые полностью двуязычны. Некоторые из них разговаривают на 3х языках, многие могут читать, писать и разговаривать на 2 языках на функциональном уровне. Уровень достижений различается у разных людей, но мой опыт достаточен для того, чтобы отвергнуть точку зрения, что двуязычная ситуация дома или в школе обязательно окажется слишком трудной для ребёнка с синдромом Дауна.
  3. Те дети и взрослые с синдромом Дауна, с которыми я встречалась, имели разный опыт.
  • Кто-то из них рос в двуязычных домах и находился в двуязычной среде с самого рождения. Они изучали 2 языка одновременно, хотя обычно у них более развит словарь того языка, на котором больше всего говорят в семье, и присутствует хорошее понимание другого языка. В тех случаях, когда наряду с речью используется язык жестов, жесты, похоже, помогают ребёнку выучить слово в обоих языках, они служат как бы «мостиком».
  • Некоторые выучили второй язык вне дома, посещая школу в местности, в которой говорили на другом языке. Первые двуязычные дети, которых я повстречала, имели именно этот опыт. Одна девушка, первый язык которой был английский, изучала уэльский в деревенской школе, начиная с пяти лет. Я познакомилась с ней, когда ей было десять лет; к тому времени она одинаково хорошо писала и читала на функциональном уровне на английском и уэльском. Её родители сказали мне, что она будет продолжать обучение в школе с изучением уэльского языка, поскольку туда ходят её друзья. Второй двуязычный ребёнок с синдромом Дауна, которого я встретила, переехал с семьей во Францию в возрасте 10 лет. С помощью своей мамы она стала изучать французский, продолжила обучение в школе на французском и к подростковому возрасту уже могла читать и писать по-французски. А недавно я познакомилась с молодой японской девушкой с синдромом Дауна, которая могла читать и говорить по-английски, хотя никто из её родителей не говорил на нём на таком уровне. Я также знаю близнецов с синдромом Дауна, чьи родители страдают глухотой. Эти девочки владеют Британским языком жестов и английским. Они могут переключаться с одного на другой, когда находятся в обществе глухих и слышащих людей одновременно. Прогресс этих близняшек документировался, для обеих представляла сложность грамматика обоих языков. Это известный факт, что грамматику детям с синдромом Дауна освоить сложнее, чем словарный запас.

Рекомендации

Основываясь на своём опыте, я рекомендую двуязычным семьям относиться к ребёнку с синдромом Дауна как к другому ребёнку в семье и давать возможность естественным образом находиться в двуязычной среде. Я даю такие рекомендации по следующим причинам:

  • Я считаю, что очень важно, чтобы семейная жизнь продолжалась по возможности как обычно для всех членов семьи, чтобы появление ребенка с синдромом Дауна как можно меньше нарушало её течение; это необходимо для будущего благополучия всей семьи. 
  • Если в семье есть другие дети, то родители наверняка захотят, чтобы они обладали преимуществом владения двумя языками.
  • Члены семьи и/или родственники скорее всего будут разговаривать на другом языке, и ребёнок с синдромом Дауна будет частью этого двуязычного мира, поэтому невозможно и нежелательно предлагать, чтобы ребёнок рос, изучая только один язык.
  • С моей точки зрения довольно жестоко говорить родителям или бабушкам и дедушкам, что они не должны общаться со своим ребёнком на своём родном языке.

Тем не менее, я предлагаю делать акцент на занятиях по чтению и изучению того языка, который будет использоваться в школе.

Я также подчёркиваю важность существования хорошей обучающей языковой среды, т.е. той, в которой с ребёнком разговаривают как можно больше, причём разговор должен быть ориентирован на ребёнка, речь должна идти о том, что ребёнок делает, о том, что ему интересно; принимать участие в этом общении должны все члены семьи в тот момент, когда проводят с ребёнком время. 

Внимание - я видела маленьких детей, которые хорошо развиваются в двуязычной ситуации, изучают оба языка и первый язык которых находится на таком же уровне, как и у большинства детей с синдромом Дауна. Я также иногда вижу детей, которые очень плохо знают свой первый или второй язык, если с ними не разговаривают дома; отдельной статьёй риска может стать случай, когда за ребёнком ухаживает няня, которая плохо говорит на родном языке семьи. Решающее значение имеют количество и качество языкового опыта в жизни ребёнка.

Я здесь представила свою личную точку зрения, основанную на практическом опыте. Я приветствую комментарии и рассказ об опыте других людей.