Чтобы продолжить просмотр материалов Электронной библиотеки, вам необходимо зарегистрироваться или авторизоваться
    7501

    Давыдово: История про священника и детей с синдромом Дауна

    Описание:

    Аутизм, синдром Дауна, ДЦП — дети с этими диагнозами каждый год приезжают сюда на летние каникулы. Они здесь счастливы. И еще сюда приезжают и обычные дети, часто с родителями. Потому что в Давыдово много любви.

    «Перестать надеяться на РПЦ» призывает Александр Семин, супруг Эвелины Бледанс и отец маленького Семена в своей статье о том, что надо делать в России, чтобы дети с синдром Дауна не были изолированы от общества. Много фактов, с которыми не поспоришь. Действительно, Семин и Бледанс за последние полгода создали огромное количество информационных поводов о синдроме Дауна, взять хотя бы огромную публикацию в журнале «7 дней», который читает вся страна. То, что просто делать известным людям из шоу-бизнеса, невозможно сделать священнику Владимиру КЛИМЗО из села Давыдово Ярославской области. 
     
    Аутизм, синдром Дауна, ДЦП — дети с этими диагнозами каждый год приезжают сюда на летние каникулы. Они здесь счастливы. И еще сюда приезжают и обычные дети, часто с родителями. Потому что в Давыдово много любви. 
     
    Скажите, вы много слышали об отце Владимире и Давыдово? 
     
    Много ли читали о нем в глянцевых изданиях? 
     
    Священник Владимир Климзо: 
     
    Об особых детях 
     
    Беда в том, что на этих «особых» детей часто смотрят как на скотину, хотя и не осознают этого. Видят в них только физиологию и потребности, не предполагая, что у них, помимо души, есть и дух, как у всякого человека. Их принимают за скотину, а они ведь, — ну, многие из них — могут молиться круче тех, кто так на них смотрит. 
     
    О чистой молитве 
     
    Этого не знают, об этом не думают! А у них ведь если есть вера, то она совершенно проста, нерасчлененна, без всяких оговорок, которыми заморочены интеллектуальные миряне. Обычный человек пребывает в непрестанной суете, а некоторым из этих детей, замкнутых в том своем мире, который нам кажется темницей, — доступна более чистая, прямая молитва, чем нам. Но это, конечно, тайна каждого, мы этого видеть и вычислить не можем, и не можем этого сказать обо всех и за всех… 
     
    Как все началось 
     
    Если бы кто сказал мне еще семь лет назад, что я буду заниматься душепопечением над особыми детьми, превращать наше Давыдово в прибежище для них и их семей — я бы не поверил, ведь началось все спонтанно. Тогда, в 2006 году, меня просто спросили люди, можно ли им приехать и пожить. И тогда я сказал — нужно! 
     
    Рука на плече 
     
    И вот в то первое лето, когда не только я, но и никто у нас тут и понятия не имел, как вести себя с «особыми» детьми, да и вообще кто это такие, — был у меня случай. Мы готовили концерт, репетировали, а один мальчик-аутист стоял в стороне, совершенно вне. И я, на рефлексах «доброго хорошего человека», подошел и положил руку ему на плечо. Ну вот так инстинктивно, в нормальном отцовском, можно сказать, порыве. 
     
    А он не расслабился, как это делаем мы, и даже не напрягся, а ровным, совершенно без интонаций голосом, который я при всей моей способности к подражанию не могу воспроизвести, настолько он ровен, — спросил: «Зачем вы это делаете?» 
     
    И тут меня пробило, потому что я действительно не мог найти ответа. Я не знал, что ему сказать… всё, что я смог тогда выдавить, было: «Я могу убрать руку». И он так же без всякого выражения сказал: «Нет, можете оставить». У меня в горле кол встал. Так я несколько долгих минут я оставался с приклеенной к его плечу рукой, а мои представления о том, кто я такой, и что такое человек, и зачем всё, рассыпались в эти минуты в прах. 
     
    Время в летнем лагере 
     
    Работа на ферме, вообще сельские занятия, отношение к «особым» детям как к людям, которые могут и должны выполнять какие-то обязанности (а опять же не как к неразумным животным или безответственным «больным») — это преображает не только самих детей, но и их мам. Сначала удается дать детям поверить в себя и свои силы, а потом и мамы вдруг понимают, что их чада не так уж беспомощны, — если избавить их от родительской гиперопеки. 
     
    Рассказывает Виктор Судариков: Родители с особыми детьми едут в Давыдово не то чтобы надеясь на чудо, но просто потому что сидеть сложа руки в любом случае – гораздо хуже, а мест, где их ждут и готовы помочь, причем квалифицированно, – совсем немного. Родители понимают, что потеряют детей, если не будут развивать их. 
     
    Для развития здесь – и занятия с лошадьми, и работа с лечебными собаками, и различные несложные послушания, и общение со сверстниками, и самое главное — просто жизнь крепкой христианской общины. 
     
    Сюда приезжают не только православные, но и например, протестанты, и это не от экуменизма, а от общности жизни, от того, что болезнь не зависит от вероисповедания. При этом, они знают, что не выгонят, не будут косо смотреть. 
     
    А зачем в Давыдово отправляют детей обычных, не «особых»? Да просто чтобы жить – жить естественной жизнью – помогая другим и работая над собой. А еще, чтобы почувствовать, что христианская жизнь – это не раз в неделю в храме, это повседневно, постоянно. Осознать, что христианство – это не идеи, не фольклор — это и есть сама жизнь, выражающаяся в общем деле любви. 
     
     
     
    РЕДАКЦИЯ ПОРТАЛА "ПРАВОСЛАВИЕ И МИР"
    Использованы тексты и фотографии Екатерины Соловьевой, Виктора Сударикова, Ксении Прониной 

    Похожие материалы