Чтобы продолжить просмотр материалов Электронной библиотеки, вам необходимо зарегистрироваться или авторизоваться
409

Травля в школе: профилактика и борьба

Описание:

Интервью с кризисным и клиническим психологом, руководителем психологической службы благотворительной организации «Журавлик» Марией Зеленовой посвящено проблемам создания для детей психологически безопасной среды в образовательных учреждениях. Как распознать, что ребенок подвергается травле? Как родителям реагировать на этот факт? В чем причины буллинга и как он может отразиться на жизни детей? Обо всем этом и о многом другом в интервью говорится подробно, с конкретными рекомендациями.   

«Журавлик» — это благотворительная организация, которая занимается созданием для детей психологически безопасной среды в образовательных учреждениях. Один из ее проектов – программа «Травли NET». История этой программы началась с обучения тьюторов для детей с расстройствами аутистического спектра – учеников ресурсных классов общеобразовательных школ.

«Когда мы плотно столкнулись с инклюзивным образованием, то увидели, что проблема травли очень актуальна, – рассказывает Мария Зеленова, кризисный и клинический психолог, руководитель психологической службы АНО БО “Журавлик”. – Погрузившись в эту проблему глубже, мы поняли, что, на самом деле, от травли страдают все дети, а не только школьники с РАС. Так возникла наша программа “Травли NET”. Мы занимаемся созданием психологически безопасной среды для детей и подростков в стенах школы и вне школы, информированием, обучением безопасной коммуникации, превенцией травли и работаем с ее последствиями. Тесно сотрудничаем с учителями, родителями, детьми и подростками».

Для того, чтобы понять, как минимизировать травлю и ее последствия, надо разобраться с тем, что такое травля (или буллинг, как сейчас принято называть это явление на западный манер). Мы попросили Марию Зеленову помочь просветить наших читателей в этом отношении. Вот что она рассказала:

2_ Мария Зеленова.jpg

– Травля – это систематическое проявление агрессии, преследование, физическое или психологическое давление по отношению к одному или нескольким членам какой-либо группы, в частности группы детей.  Травля – это не игра, это насилие. В России до сих пор проблема буллинга ставится под сомнение. К сожалению, чаще всего приходится доказывать, что она действительно существует. Многим кажется проявление насилия вполне естественным. По статистике, согласно исследованиям ЮНЕСКО, проведенным совсем недавно, каждый третий ребенок хотя бы один раз участвовал в травле, примерно 13 % школьников имеют опыт жертв, а 20 % – агрессоров. Причем в больших городах уровень буллинга гораздо выше, чем в сельской местности. На первый взгляд, это кажется странным, но, на самом деле, в сельской местности зачастую есть определенные близкие контакты между жителями, которые позволяют замечать и предотвращать издевательства на ранних стадиях.

Вся ответственность за проработку и устранение последствий буллинга, как правило, ложится на образовательные учреждения. И поэтому одной из главных целей проекта «Травли NET» является поддержка школ в целом и педагогов в частности в освоении и применении эффективных методов работы со школьным буллингом. Также проект преследует цель по созданию безопасной среды как для детей, так и для взрослых.

– Как травля может отразиться на жизни детей?

– Здесь многое зависит от возраста ребенка. С травлей дети могут столкнуться очень рано, еще в детском саду. В результате дошкольники и младшие школьники страдают, прежде всего, психосоматическими расстройствами: у ребенка вроде бы беспричинно болит живот, внезапно начинается аллергия, головная боль, повышается температура. У детей постарше также могут быть аллергии и частые мигрени, не позволяющие посещать учебные заведения. Кроме того, у ребенка-жертвы снижается самооценка, его могут преследовать тревожные расстройства, вплоть до панических атак, часто уже не связанных со школой, а проявляющихся в совершенно других ситуациях. Ребенок может приобретать определенные паттерны поведения, которые не позволяют ему в дальнейшем выстраивать адекватные, здоровые межличностные отношения. Соответственно, ребенок, побывавший в роли жертвы, не проработав эту травму, и в других коллективах часто не может наладить контакты, даже в тех коллективах, в которых буллинг отсутствует вовсе. Ребенок-агрессор, точно так же не умея в здоровой, экологичной форме отстоять границы, наладить контакт с ровесниками и удовлетворить личностные потребности, с большой вероятностью и в другом коллективе будет проигрывать знакомый сценарий поведения.

– Насколько серьезны те посттравматические состояния, с которыми сталкиваются дети в ситуации травли?  

– Ученые сравнивали МРТ-снимки головного мозга детей, которые оказались жертвами буллинга в школе, и детей, побывавших в зоне боевых действий. Органические поражения мозга оказались идентичными. То есть, мы можем сделать вывод, что последствия травли сопоставимы с последствиями настоящих военных действий. Травматизация при буллинге однозначно влияет на дальнейшее личностное развитие и жизнь человека.

– Как различить возможную непопулярность ребенка среди сверстников, некий конфликт, возникший между детьми, и травлю?

– Травля – это социальное явление, где всегда есть большинство против одного, где объект попадает под регулярное неблагоприятное воздействие. Она может выражаться в вербальной форме (оскорбления, клички) и невербальной (отодвинуться, пальцем показать). Может принимать вид психологического и эмоционального воздействия (чрезмерная критика, игнорирование, бойкот), а также в физическом буллинге, к которому относятся не только пинки, тычки, царапины и синяки, но и вообще любое физическое воздействие, а также порча имущества. Кроме того, травля может принимать форму кибербуллинга, когда, например, ребенок подвергается нападкам в соцсетях или в сообщениях по различным мессенджерам. Всё это происходит со стороны разных или одних и тех же людей и наносит огромный вред ребенку. Зачастую даже «невинный» вербальный буллинг в конце концов приводит к физической агрессии. А главное, надо помнить, что травля сама собой не проходит, агрессия нарастает, как снежный ком. Чем младше ребенок, тем быстрее это происходит. У детей постарше переходный период от слова к делу может быть более длительным, но, тем не менее, он также может закончиться физическим воздействием, в том числе сексуализированным насилием.

– У каждого участника ситуации травли своя роль. Что это за роли?

– Роли в буллинге достаточно четко определены. Именно поэтому мы можем говорить о том, что это та самая социальная ситуация, в которой есть необходимость работать со всей группой в целом, а не с одним ее участником. Как мы уже говорили, в буллинге всегда присутствует жертва (тот самый ребенок, который страдает), агрессор (ребенок, который наиболее активен в травле), свита агрессора (поддерживающие травлю дети) и свидетели травли (дети, которые в процесс травли не включены, но, тем не менее, это шоу во многом продолжается ради них). Свидетели получают примерно ту же травматизацию, что и жертва. Свой опыт бессилия, нахождения в бесконечном стрессе из-за невозможности всё это прекратить, они трактуют как насилие и в свою сторону. И часто происходит то, чего они боятся: любой из них может легко оказаться на месте жертвы.

Агрессор не всегда является нехорошим человеком или будущим психопатом. Иногда он может сказать что-то, не подумав, а группа это подхватывает и разносит. Если один ребенок регулярно конфликтует с другим это, конечно, очень неприятно, но это еще не травля. Травля – это когда подключаются другие дети и есть регулярность, повторяемость происходящей агрессии и, главное, – большинство против одного.

Часто агрессор просто не знает другого способа коммуникации с окружающими и не может выйти из своей роли, даже когда осознает, что делает что-то не то. Свита его активно поддерживает, инициирует травлю, а наблюдатели будут трактовать его поведение как слабость, если он перестанет это делать. И ребенок-агрессор сам оказывается заложником своей роли.

– Чем отличается поведение детей-жертв?

– Оно примерно одинаковое при любой форме буллинга. 43 % жертв стараются игнорировать сам факт травли, потому что в основном они боятся просить помощи. 30 % из них опасаются, что всё станет только хуже, 23 % считают, что нельзя жаловаться на одноклассников, потому что им это внушают, говоря, например, что они одна команда, и выхода из этого класса у них нет. 20 % не знают, что делать в сложной ситуации, они просто мало информированы и искренне удивляются, узнав, что можно обратиться за помощью. Всего лишь 10 % детей – жертв травли рассказывают родителям, что с ними происходит. Их доверие к учителям в ситуации буллинга еще меньше: к ним обращаются только 3 % жертв.

– Может ли один и тот же ребенок в разных группах оказываться в разных ролях в ситуации травли? От чего это зависит?

– Да, ребенок, который в одной группе был жертвой травли, в другой может оказаться наблюдателем или даже агрессором, а возможно, вообще не столкнется с ситуацией травли. Это зависит от группы и от вовлеченного взрослого, который взаимодействует с этой группой.  Иногда жертва буллинга, попадая в другой коллектив, настолько боится повторения ситуации, что сама становится инициатором травли другого ученика в попытке обеспечить себе безопасность. Часто дети занимаются травлей для поднятия собственной самооценки и своего статуса в конкретном классе, иногда это бессознательный способ пережить кризис или сплотиться, когда у детей нет позитивной цели. 

Рисунок1.png

– Какие факторы влияют на возникновение травли?

– Всем в первую очередь приходят на ум личные особенности ребенка, прежде всего – психологические. И, конечно, роль они определенную играют, хоть и не основную. Если ребенок достаточно чувствительный, эмоционально неустойчивый, не умеющий выразить свои чувства, не знающий, как отстаивать свои границы, как договариваться, ему сложно соответствовать социальной компетенции, принятой в той группе, в которой он находится, и он рискует стать жертвой травли. Поэтому дети с особенностями развития, приемные дети, дети с другим цветом кожи или вероисповеданием в первую очередь попадают в группу риска. Если в коллективе все подбираются примерно по одинаковым признакам, но есть дети, которые отличны от большинства, то велика вероятность того, что они могут стать жертвами травли. Их могут отличать внешний вид, вес, успеваемость, особенности характера, что угодно. Чем более консервативный класс, тем сложнее принимаются какие-то отличия. При этом тот же отличный от других ребенок, вне зависимости от своих особенностей, не будет сталкиваться с издевательствами, попадая в другую группу, где есть профилактика травли и понимание, что каждый человек индивидуален, уникален, и это нормально. То есть, личностные особенности ребенка бесспорно нужно развивать. Учить адекватной коммуникации, отстаиванию своих границ, ненасильственному общению, рефлексии и эмпатичному отношению к другим. Это важный фактор, но перекладывать ответственность за травлю на ребенка – «это всё потому, что он такой» – категорически нельзя. Возникновение травли зависит от коллектива.

Следующий фактор – семья. Дети, которые становятся жертвами травли, часто имеют повышенный уровень тревожности и склонность к депрессии. Причина этого может быть в семье, если в ней не налажена нормальная коммуникация, не принято соблюдать личные границы, взрослые не умеют выстраивать эмоциональный контакт, они проявляют мало личного вовлечения в жизнь ребенка, зато устанавливают формальный жесткий контроль и критику.  В семьях школьников – жертв травли часто отсутствуют единые этические стандарты, нет согласования в действиях родителей, но в целом семья может быть более чем адекватной. Семьи детей-агрессоров могут быть достаточно конфликтными, дезорганизованными, со слабым родительским контролем или наоборот с жесткой иерархией, и ребенок живет в обстановке повышенной требовательности со стороны взрослых.

Что касается образовательных учреждений, исследователи выявляют такую взаимосвязь: проблема травли напрямую зависит от размеров школы. Чем больше школа, тем выше процент буллинга среди ее учеников, потому что взрослым труднее контролировать, что происходит внутри большого детского коллектива, труднее установить эмоциональный контакт с учениками.

Предельно строгая жесткая нормативная система правил тоже не помогает предотвратить издевательства. Наоборот, буллинг в таких условиях представляет собой компенсаторный механизм и реакцию на внешнее давление. 

Ну и, конечно, особенности учительского поведения. Чем младше дети, тем выше авторитет учителя, и тем больше его влияние на этот конкретный класс. Соответственно, когда педагог ведет себя неадекватно, провоцирует или сам начинает буллинг, дети включаются в это: либо перенимают такое поведение по отношению к другим ученикам, либо возвращают его в виде буллинга по отношению к учителю. По тем или иным причинам учителя могут потворствовать травле, например, фокусировать внимание класса на особенностях жертвы. Чаще всего это такое искаженное понимание мотивации: учителю кажется, что ученик исправится, если привлекать других к обсуждению тех или иных дефектов ученика. Или учитель может вообще не обращать внимания на ситуацию травли, считая, что это нормальное явление и оно само пройдет.  В результате ребенок-жертва остается без необходимой ему поддержки, а ребенок-агрессор получает от учителя четкий сигнал о том, что его поведение допустимо. 

– Что можно сделать, чтобы распознать, что ребенка травят?

– В первую очередь, конечно, обращать внимание на то, что ребенок говорит. На удивление часто бывает, что ребенок пытается рассказать о травле, но ни родители, ни учителя не воспринимают его слова всерьез, считая, что это ерунда, что дети должны разобраться сами. Это приводит к тому, что ребенок получает сигнал: если травля будет продолжаться, ему никто не поможет, придется искать выход самостоятельно. При этом сама жертва или сам наблюдатель никогда не может самостоятельно выйти из ситуации буллинга, просто потому что это групповая динамика, групповое воздействие, тут необходимо работать со всей группой. Вся группа должна понять, что в травле страдает каждый, и принять правила против нее.

1.jpg

– А если ребенок не рассказывает о сложной ситуации, как заметить, что с ним что-то происходит?

– Нужно насторожиться, если ребенок, обычно достаточно позитивно настроенный, замыкается в себе, не делится впечатлениями о том, что происходило за день, отмахивается со словами «всё нормально». Или, например, если он часто капризничает, проявляет агрессию, не хочет ходить в школу. Конечно, это может быть связано и со сложностями освоения предмета или с другими причинами, но, тем не менее, на такие признаки надо обращать внимание, как и на то, что ребенка перестали приглашать на дни рождения, на общие праздники, не зовут гулять после школы, исключают из общих чатов и так далее. То есть первое, на что следует обращать внимание – насколько социализирован ребенок в классе. Здесь совершенно не имеет значения, какие у ребенка есть особенности. Задача взрослых – научить всех детей взаимодействовать на взаимоуважительных основах. Да, дружим мы не со всеми, а с некоторыми. Но уважать и спокойно доброжелательно общаться с остальными мы в культурном обществе обязаны.

Также следует обратить внимание, если ребенок приходит домой с испорченными вещами или постоянно теряет что-то. Это не всегда означает, что он невнимательный и рассеянный. Возможно, шапки, перчатки, телефоны и так далее у него отбирают и ломают другие дети, но он не хочет признавать факт буллинга и предпочитает взять вину на себя.

Помимо этого, ребенок, который подвергается травле, может часто заболевать. Это те самые психосоматические расстройства, о которых я уже говорила. 

А еще родители могут заметить, что он редко зовет кого-то определенного в гости или гулять, перестает сидеть в соцсетях или играть в игры с элементами общения, которые ему доставляли раньше удовольствие.

Детям очень важно принадлежать к группе. Это дает им ощущение нормальности, силы, ресурс, и с этим важно считаться.  Тем не менее, нужно дать ребенку понять, что группы бывают разные. И он может в этом убедиться, если, помимо школы, будет ходить на еще какие-то занятия (спортивные, творческие и т. д.), для того чтобы у ребенка был различный опыт общения. Если ребенок общается только со своими одноклассниками, то, конечно, весь его мир сводится к тому, чтобы реализоваться в этом коллективе.

– Почему травля может возникнуть в любом коллективе, даже, казалось бы, в самом хорошем, с отобранными детьми и педагогами?

– Потому что, во-первых, ребенок не выбирал для себя эту конкретную группу, этот выбор сделали за него. А во-вторых, очень важно, чтобы у этой группы была какая-то общая позитивная цель. Это возможно, если есть понимание того, что повышение эмоционального интеллекта и проработка взаимодействия внутри детского коллектива – это значимая часть образовательного процесса. С навыками эмпатичного общения никто не рождается, их надо развивать так же, как и умение ходить, читать и считать. Для этого нужны вовлеченные, неравнодушные взрослые, ясные правила, учитывающие интересы всех и каждого, и регулярная практика. От одного разговора ничего не поменяется. С детьми важно много разговаривать, объяснять, учить, показывать, как надо. Для этого взрослым должно быть не всё равно, должен быть огромный собственный ресурс. И об этом тоже надо позаботиться. Важно, чтобы учителя не выгорали на работе, их труд ценился, по достоинству оплачивался, уважался, чтобы они регулярно повышали квалификацию и получали поддержку от коллег и администрации, а не только упреки и претензии. Они не должны воевать с детьми, а родители – с учителями, важно всем вместе объединиться против травли, тогда непременно будет эффект.

Если вам хотелось бы в чем-то разобраться более конкретно, пишите в социальные сети проекта «Травли NET», звоните на горячую линию, организованную совместно с Head&Shoulders 8-800-500-44-14, и мы обязательно поможем.

 

Похожие материалы