Внимание: игровые стереотипы!

Во что ваш ребенок любит играть? Что конкретно он предпочитает делать? Во многих случаях, задавая взрослым эти вопросы, рискуешь получить короткий ответ: «Да во все играет!» Требуется, по крайней мере, несколько минут сосредоточения, чтобы взрослый мог хорошенько припомнить, не только ЧТО выбирает малыш, но и КАК он это делает.

Вот об этом мы и попробуем поговорить, одновременно знакомясь с методом наблюдения за игрой ребенка. В первую очередь нас будут интересовать спонтанно возникшие, устойчивые игровые стереотипы, которые, как правило, становятся препятствием на пути к познанию нового. «Привычные игры», «игровые стереотипы» – сами эти названия указывают на однообразие действий, зацикленность на чем-то одном. Важно проанализировать, что скрывается за каждой привычкой, при каких условиях она возникла. 

Причины возникновения

Оставаясь наедине с самим собой, малыш с синдромом Дауна оказывается не готов получить в полном объеме и самостоятельно переработать информацию от окружающего мира. Дают о себе знать особенности восприятия, в частности, низкая тактильная чувствительность, которая делает такого ребенка менее восприимчивым к внешним сигналам. Из-за этого он приучается контактировать с предметами, отсеивая нераспознанное как незначимое и зацикливаясь на привычных ощущениях.

Вместе с тем пробелы или огрехи раннего моторного развития настраивают весь организм в целом на определенный лад функционирования – более экономичный и менее вариативный. Ребенок с синдромом Дауна чаще, чем его обычные сверстники, стремится занять удобную позу, присесть и даже прилечь, и, завладев одной игрушкой, оставаться в статичном положении продолжительное время, так что хорошей развернутой игры у него не получается.

Если сложить два данных факта (низкую тактильную чувствительность и особый режим функционирования), то можно сделать вывод, что дети склонны заниматься примерно одним и тем же, постоянно воспроизводя одинаковые модели поведения.  Они с успехом осваивают пространство квартиры, легко ориентируясь в помещении, но используют его в реализации собственных интересов, проложив лишь несколько надежных игровых маршрутов. Родители говорят об этом: «Часами может смотреть книжку!», «Если не вмешиваться, будет кидать мяч хоть два часа к ряду!», «Очень любит воду; и утром, и вечером, и даже днем готова плескаться в ванной!»

В то время как у детей формируются игровые стереотипы, у родителей возникают стереотипы представления об игровом процессе. Взрослые принимают настойчивость ребенка в получении любимой игрушки за истинный интерес. Однако лежащая на поверхности потребность в манипулировании любимым предметом – всего лишь замена продуктивным действиям. Сами родители признаются: «Мы не в силах отказать, потому что он очень настаивает и не успокаивается, пока не получит то, что требует!» Часто любимую игрушку и просить не приходится. Предвосхищая возможную истерику, взрослые заранее заботятся о том, чтобы она в любой момент была доступна. Однако характер подобных игр беспокоит всех близких родственников, просто аргументов отказать действительно не находится, как не находится и достойных замен в игре. 

Игровые стереотипы – часть поведения

Со временем любимый предмет и однотипная игра с ним рискуют стать неотъемлемой частью взаимодействия с ребенком. Не находя сил справиться с навязчивой игрой, родитель обычно использует ее как средство управления поведением своего малыша. Если задание выполнено хорошо, любимая игрушка служит поощрением. Если поведение выходит из-под контроля, а градус неповиновения зашкаливает, следует наказание – отлучение от любимого занятия.

Привычная игра постепенно все глубже встраивается в общее поведение ребенка и выполняет регуляторную функцию. Важно отметить, что стремление заняться привычной игрой обостряется в новых незнакомых ребенку местах из-за трудностей адаптации, а также при эмоциональном истощении и физической усталости или на фоне какого-нибудь соматического недомогания, когда ребенок не в силах продемонстрировать более высокий уровень интересов.

Соотношение игровых стереотипов и количества учебных занятий 

Порой учебная нагрузка вызывает прямо пропорциональную зависимость от привычных игр. Чем больше малыш вовлекается в обучение, тем сильнее тяга к отыгрыванию излишнего напряжения, полученного на занятиях, при помощи простых манипуляций с любимой игрушкой. Связь очевидна: занятия в основном направлены на получение информации и тренировку отдельных навыков либо комплексов навыков, и за это отвечает интеллект, а воспроизведение стереотипных действий – это часть  привычного поведения. Кроме того, ребенок привыкает получать интенсивную нагрузку во время занятий, но в повседневной жизни он зачастую ничем не занят.

Когда привычка играть в одно и то же становится устойчивым механизмом саморегуляции, избавиться от нее нелегко. В таком случае, необходимо адекватно видоизменять нагрузку, а не просто «меньше заниматься». И уделять самое пристальное внимание саморегуляции, то есть тому, КАК ребенок усваивает предложенный материал, КАК применяет полученные знания, КАК справляется с учебными трудностями и повседневными требованиями, КАК проводит свой досуг. 

Распространенные игровые стереотипы 

• Кидание предметов

Однажды ребенок открывает для себя новое знание: предметы можно кидать, и это вызывает особые зрительные и слуховые ощущения. Новый уровень манипулирования предметами, скорее всего, надолго займет внимание малыша. Случается, что проходят месяцы, а интерес к нему не ослабевает, превращается в некий ритуал. Например, сначала выбирается определенная цель: люстра под потолком, сверкающая ваза на шкафу, часы на стене и т. п. Бросок теперь производится с излюбленного места. Привычка сформировалась. Постепенно ритуал вписывается в режим: кидать после возвращения с прогулки либо из детского сада, после интенсивных занятий, в целом – в отсутствие продуктивной деятельности.

Существуют вариации этого занятия: кидать на пол кольца от пирамидки, тарелки от детской посуды, чтобы они крутились и издавали громкие звуки; медленно двигать любой предмет по столу, чтобы в конце он шлепался на пол; толкать стулья, чтобы они с грохотом опрокидывались, и т. п.

Кроме слуховых и зрительных ощущений, ребенок получает эмоциональную подпитку, когда на удачное попадание реагируют члены семьи. Здесь важно не только то, что предшествовало началу ритуала, но и последующие шаги. Бывает, что сразу после эмоциональной встряски ребенка «приставляют к делу», а бывает, наоборот, включают мультики. Тогда привычная игра в дополнение ко всему прочему становится своеобразным невербальным обращением, в ответ на которое ребенок получает всяческие бонусы – интенсивное внимание взрослых, снятие некоторых ограничений (например, в просмотре ТВ), включение в другую деятельность. К сожалению, взрослые, привыкая реагировать эмоционально, не считывают привычную игру как сигнал о помощи в организации конструктивной деятельности.

Иногда, спустя некоторое время после вынужденной остановки привычной игры, ребенок возвращается к исходной точке кидания. Запускается новый цикл, пока взрослые не вмешаются и не прервут его. Случается, ребенок тратит часы, отдавая всего себя монотонному занятию.  

Выводы:

1. Очевидно, ребенок испытывает нехватку тактильных ощущений, сосредотачиваясь главным образом на зрительных и слуховых ощущениях.

2. Привычка наносит ощутимый ущерб продуктивной деятельности ребенка.

Рекомендации:

• Важно заметить склонность к такого рода однотипной деятельности на ранних этапах.
• Организовывать и часто менять в домашних условиях материалы, развивающие тактильную чувствительность. Для этого подойдут: покрывала, диванные подушки и стулья – для лазания и строительства; пищевые продукты – для выполнения игровых заданий; творческие материалы (краски, бумага, пластилин, лоскутки, клей) – для создания артобъектов.
• Контролировать свободную игру.
• Привлекать ребенка к посильному участию в повседневных бытовых делах для наращивания многообразного сенсорного опыта в ходе конструктивной деятельности.
• Считывать сигнал: раз начал кидать, значит, не в силах придумать новое занятие, двигается по шаблону и нуждается во внешней помощи. 

• Включение/выключение света

Условно нормативное развитие предусматривает возрастной этап, когда малыш активно исследует домашнее пространство, устремляясь в запрещенные родственниками места, чтобы пробовать открывать любые дверцы и нажимать заметные кнопки. Ребенок наращивает свой потенциал в моторном плане и в плане предметно-бытовой осведомленности. Мало-помалу количественные показатели переходят в качественные. Юному исследователю интереснее становится выстраивать причинно-следственные связи, усложняя действия с объектом и перенося ценный опыт на предметы-заместители, то есть игрушки, чем бесконечно нажимать на кнопки, достигая однообразного эффекта. Интерес все ощутимее смещается в пользу более сложных цепочек действий, а  в дальнейшем - сюжетов.

Существует целый ряд так называемых бытовых игр, на которые «залипают» дети с синдромом Дауна, да и другие дети с особенностями развития. Перечислим их: открывание/закрывание дверей, в том числе у стиральных машин и холодильников; запуск тех же стиральных машин; включение/выключение пылесосов, электроподжига кухонных плит, компьютеров, ТВ и аудиосистем; нажимание слива воды в унитазе; манипулирование водопроводными кранами и т. п. Также в какой-то момент для детей может стать неимоверно притягательным высыпание круп на пол и выбрасывание одежды из шкафов. Пальма первенства, между тем, принадлежит, естественно, включению/выключению света.  

Выводы:

1. Если даже спустя длительный период времени ребенок по-прежнему предпочитает достигать простого эффекта, значит, проблема оформилась: малыш «застрял» на этапе манипулятивной деятельности и без помощи взрослых ему не удается расширить свои возможности.

Рекомендации:

• В сложившейся ситуации основная задача взрослого - помочь малышу усложнять игру, показывая, что еще можно делать с выбранной игрушкой, как компоновать в игре несколько предметов, в итоге расширяя сюжетную цепочку.
• При сохраняющемся у ребенка стремлении закрывать двери и нажимать на кнопки родители должны помочь ему усложнить игру с тем объектом, который привлек его внимание, совершать действия, отличающиеся от привычных действий ребенка. Например, папа начнет прятаться за закрывающейся дверью и выскакивать из-за нее при открывании. Скорее всего, ребенок отреагирует положительно. Тогда у его действий с дверью появится цель – прятать и находить папу. Чем больше будет определено целей в похожих игровых сюжетах, тем быстрее ребенок откажется от однообразности своих манипуляций, его действия станут целенаправленными. 

• Высыпание игрушек из коробки

Психологи утверждают: нужно поддерживать инициативы ребенка. Как же это делать, если он, скажем, хочет высыпать игрушки из коробки, после чего теряет интерес к ним? Например, можно наполнять коробку и предлагать высыпать опять; можно опустошить коробку и посадить в нее самого ребенка, чтобы покатать, как в игрушечном автомобиле; можно наполнить специальным материалом, например, мягкими игрушками, и засыпать сверху лежащего на полу ребенка. Главное - уйти от повторяющихся однотипных манипуляций. Время игры увеличивается, у нее появляется цель. Ребенку при этом необходимо прислушиваться к предложениям взрослого и действовать в рамках игровой инструкции. Поскольку это увлекательно, то можно быть уверенным в том, что на смену импульсивному действию придет целенаправленная игра. Хорошо бы время от времени слегка видоизменять сюжеты, чтобы ребенку не наскучило сотрудничать. Уловив мгновение, когда интерес выходит из-под контроля, взрослый должен предложить похожую игру в один ход с ярким эффектом.

Надо успокоить взрослых, которые при схожих обстоятельствах опасаются, что специально привлекать внимание к уже закрепившемуся «плохому» поведению опасно, так как это усугубит нежелательный интерес ребенка. Наоборот, поддерживаемый близкими взрослыми поверхностный интерес гаснет, переходя на новый уровень игры и отношений. Только, действительно, не нужно предлагать ребенку то, что он и так хорошо освоил. Мол, любишь кидать или высыпать игрушки – на, делай это прямо сейчас! Стоит подключаться к однотипной игре именно с целью ее усложнения хотя бы на один ход.    

• Манипулирование двумя мягкими игрушками («кукольный театр»)

Довольно характерна картина, когда ребенок продолжительное время сидит по-турецки или в схожей позе и держит в обеих руках по мягкой игрушке. Он управляет игрушками так, что они сталкиваются, расходятся, трясутся непонятным образом. При этом у некоторых детей в зависимости от индивидуальных возможностей присутствует речевое сопровождение, различимы отдельные слова и целые фразы, хотя это все-таки не связный текст. У стороннего наблюдателя складывается впечатление, будто игрушки то ли выясняют отношения, то ли сражаются, то ли выполняют какой-то замысловатый ритуал или танец.

Но если спросить, в чем заключается сюжет, ответы будут примерно такие: «Во что-то играет», «Они(игрушки) о чем-то разговаривают», «Наверно, они каким-то образом выясняют отношения…». Обтекаемые высказывания «во что-то», «каким-то образом», «о чем-то» – лишнее свидетельство того, что игра основана на приблизительности действий. Подобная игра и вправду проходит без изменения сюжета. Выделить в ней какое-нибудь событие не представляется возможным. Скорее всего, такой ребенок склонен избегать активности в освоении нового, слепляя разные реальные действия, с которыми сталкивается в повседневной жизни, в одно, тягучее и плохо различимое.

Выводы:

1. Данная игра не является адекватной заменой развернутой сюжетной игре.
2. Привычка приучает ребенка «уходить в себя», не распределяя внимание между игрой и текущими окружающими событиями.  

Рекомендации:

• Взрослым необходимо видеть под такой игрой сложившийся стереотип, не идя на поводу у иллюзии о  сложности сюжета.
• Менять укоренившуюся привычку в сторону увеличения общей психической и двигательной активности.
• Тренировать по-настоящему активное внимание не только в обучающих заданиях, но, в первую очередь, в повседневных контактах на почве бытовых вопросов.
• Уделять внимание наращиванию продуктивности в деятельности любого характера – игровой, обучающей, бытовой.

Общие рекомендации

Из склонности к вышеперечисленным игровым стереотипам берет начало такая черта характера, как упрямство в получении желаемого. Новое познавать трудно, старое же всегда доступно и надежно. Поэтому дети так настойчиво отстаивают свои игровые стереотипы и так отчаянно сопротивляются, когда близкие пытаются переломить ситуацию.

Действительно важно, как ребенок пользуется своим вниманием. Дело в том, что привычная игра приучает к определенной форме внимания, и это уменьшает шансы на формирование активного внимания в продуктивной деятельности, умения переключать внимание с одного вида деятельности на другой, из одной ситуации на другую. Отсюда следует простая зависимость: чем больше времени ребенок проводит, занимаясь однотипными действиями, тем меньше у него возможности быть активным и интересующимся.

Один и самый главный совет – как можно чаще наблюдать, во ЧТО и КАК играет ваш ребенок. Если вы заметили устойчивые привычки, обязательно вмешивайтесь в игру, внося в нее новые элементы. Постепенно привычка должна сходить на нет, потому что вы приучите ребенка ставить и достигать цели в игре. Помните, что обычный запрет навязчивой игры ни к чему не приведет, но ее можно изменить или усложнить. Такая альтернатива – ключ к успеху. Поскольку привычная игра – часть общего поведения, то положительные изменения в поведении достигаются исключительно за счет преодоления стойких привычек в играх.