Чтобы продолжить просмотр материалов Электронной библиотеки, вам необходимо зарегистрироваться или авторизоваться
    7777

    «Если наш сынишка, родившийся с синдромом Дауна, провинился — поблажек ему не делаем. И наказываем, и хвалим, как других детей»

    Описание:

    В свои пять лет Петя Василенко умеет ездить на велосипеде, строит домики из кубиков, играет в мяч. Он и другие дети с неизлечимой наследственной болезнью стали участниками благотворительного проекта и сфотографировались со звездами.

    В свои пять лет Петя Василенко умеет ездить на велосипеде, строит домики из кубиков, играет в мяч. Он и другие дети с неизлечимой наследственной болезнью стали участниками благотворительного проекта и сфотографировались со звездами.

    «Знакомые и коллеги, услышав, что у малыша синдром Дауна, не знали — поздравлять меня с рождением сына или сочувствовать»

     — Однажды в аэропорту «Борисполь» я увидел журналиста и телеведущего Миколу Вересня, подошел к нему вместе с сыном и рассказал, что в Киеве есть группа родителей, у которых возникла идея необычного проекта — фотосессии их детей с известными людьми, — говорит один из инициаторов проекта «Украинские звезды — детям с синдромом Дауна» отец Пети Андрей Василенко.  — Он сразу же согласился. Поддержал идею и известный украинский фотохудожник Виктор Марущенко. На сегодня с детьми сфотографировались журналист Микола Вереснь, поэт и основатель издательства «А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА» Иван Малкович, художественный руководитель столичного Театра имени Ивана Франко Богдан Ступка, телеведущая Василиса Фролова, певец Гарик Кричевский, сестры Завальские (дуэт «Алиби»). Завершить проект планируем в конце года фотовыставкой и изданием настенного календаря.

    На фотосъемки с Богданом Ступкой семья Василенко приехала в полном составе — мама, папа и трое детей.

     — Участвовать в проекте Богдан Сильвестрович согласился не раздумывая, — рассказывает Андрей.  — В первые минуты сын терялся от фотовспышек и пристального внимания журналистов. Тогда Богдан Ступка взял его на руки и что-то сказал. Петя заулыбался и перестал смущаться: по-мужски пожимал режиссеру руку, они вместе подпрыгивали, придумывали разные жесты. Позже Богдан Сильвестрович подтвердил, что никаких проблем в общении с нашим сыном у него не было — обычный ребенок.

    Мы побывали в гостях у семьи Василенко в их частном доме. Первой навстречу выбежала семилетняя Марийка, а последним появился девятимесячный Даниил, с бутылочкой в руках и синяком под глазиком.

     — Уже успел набить, хотел сам залезть на лестницу и упал со ступенек, — рассказывает мне Марийка.

    Когда спросила, что ребята делают и во что любят играть, Петя с сестренкой дружно и весело принялись показывать. Принесли в коробочке цветные карандаши, Петя взял в руку сразу несколько и начал рисовать солнышко. Мария, присев рядышком, дорисовала небо и деревья, а маленький Даня все это время пробовал каждый карандаш на вкус и следил за творческим процессом старших. Затем, пока мы разговаривали на веранде с родителями, дети катались на качелях, ездили наперегонки на велосипедах, прыгали и скакали на мяче.

     — Мы с женой познакомились десять лет назад, когда Аренда впервые приехала в Украину с группой молодежи, чтобы помочь организовать церковный лагерь для детей, — продолжает Андрей.  — Начали переписываться по электронной почте. Со временем Аренда вновь прилетела в Киев, и я сделал ей предложение. Свадьбу сыграли и в Голландии, и в Украине. Жена сразу поставила мне условие: на родах я должен быть рядом с ней. Сейчас Аренда уже знает русский язык, а тогда понимала буквально несколько слов. В 2001 году у нас родилась Мария, я присутствовал на родах и переводил медсестрам и врачам, что говорит жена.

    О болезни Пети Андрей узнал в родильном зале.

     — Тотчас же после родов, — рассказывает Андрей, — меня отозвала в сторону врач и сказала, что у ребенка синдром Дауна. Медики подошли к этому вопросу тактично и спросили, сразу ли я расскажу об этом жене или лучше, чтобы она пока не знала. Ребенка унесли. Так как свободных мест в палате не оказалось, Аренду разместили в коридоре. Мы видели, что другим женщинам детей дают кормить, а нашего малыша не приносили. Прошло шесть часов. Я устал ждать и пошел выяснять, в чем дело. Тогда медперсонал роддома мне разъяснил, что нам с женой лучше отказаться от мальчика, он уже под опекой государства и осталось только подписать документы на отказ. Без скандала не обошлось. Я высказал все, что думаю по этому поводу, но в результате малютку отдали.

     — Если бы Андрей рассказал мне тогда, как ему пришлось сражаться за малыша, я в больнице не осталась бы ни минуты, — вспоминает Аренда Василенко.  — Когда впервые увидела кроху, сразу поняла, что у него синдром Дауна. У таких деток уголки глаз чуть приподняты, ладони широкие, а пальчики короткие.

     — Большинство моих друзей, знакомых и коллег, услышав, что у меня родился ребенок с синдромом Дауна, просто не знали, как реагировать — поздравлять с рождением сына или сочувствовать, — говорит Андрей.

    «С младенчества Петя не плакал, даже когда был голодный. Такие дети не подают «сигнал бедствия»

    - Единственное, что отличало его от здорового ребенка, — он не плакал, когда был голодным, — рассказывает мама мальчика.  — Я ставила будильник и следила за временем кормления. После второго месяца у него появилась мышечная вялость — не двигались ручки и ножки, он просто лежал. Знакомые посоветовали массажиста-дефектолога, который потом до полутора лет приходил и делал Пете массаж.

     — Сынишка проходил те же этапы, что и другие дети: учился ходить, говорить… Только немного медленнее, — вспоминает Андрей.  — Самостоятельно пошел только в два года. Чтобы научить его чему-то, нужен огромный труд. То, что обычному ребенку показываешь один раз, с такими детьми ежедневно повторяешь, вырабатывая навыки. Пете постоянно необходим внешний стимул, импульс. Игрушками он начал интересоваться с двух лет: брал кубики и просто бросал в ведерко. И только сейчас, в пять лет, пробует самостоятельно что-то соорудить.

    Дети с синдромом Дауна хорошо запоминают знаки, жесты, учатся у сверстников и взрослых, копируют их поведение. Петя много общается со старшей сестрой и младшим братиком, с соседями. Он посещает воскресную школу в церкви. В семье Василенко звучат четыре языка: основные — украинский и голландский, а еще английский и русский. Семилетняя Мария уже освоила все, а с Петей Андрей и Аренда ограничиваются пока двумя — украинским и голландским.

     — Пете проще играть с детьми, которые на несколько лет младше него, или с теми, кто значительно старше, — рассказывает папа Пети.  — Все знакомые относятся к нашему мальчику адекватно, никто против него не настраивает своих детей. Ведь у нас обычная семья. Петю стараемся воспитывать, как и Марийку с Даней. Если он провинился, не выполняет то, что ему говорят — его наказываем так же, как их. Поблажек не делаем. И это во многом облегчило нам жизнь сейчас. Замечаем по некоторым семьям, что таких малышей изначально жалеют и балуют, а те видят, что им все позволено, все прощается и, взрослея, становятся неуправляемыми. Если детей с синдромом Дауна правильно воспитывать, то потом и окружающие к ним будут относиться хорошо. Мы очень часто ездим за границу. Петя уже был в Голландии, Германии, Австрии. Там совершенно другое отношение к подобным детям — люди позитивно реагируют, нет никакого сочувствия, отвода глаз.

    Похожие материалы