Чтобы продолжить просмотр материалов Электронной библиотеки, вам необходимо зарегистрироваться или авторизоваться
    165

    Три принципа тренера

    Описание:

    Тренер секции по адаптивному каратэ рассказывает о препятствиях, которые приходится преодолевать, чтобы дети и взрослые с синдромом Дауна могли заниматься этим видом спорта, успешно тренироваться, участвовать в соревнованиях, социализироваться.

    В городе Набережные Челны (республика Татарстан) третий год работает секция по адаптивному каратэ. В ней занимаются дети и молодые люди с синдромом Дауна от 6 до 24 лет. Насколько нам известно, это единственная секция каратэ не только в Татарстане, но и в России, где все воспитанники – с таким диагнозом. Почти все они уже принимали участие в соревнованиях, многие прошли аттестацию на кю (так называется уровень достижений в каратэ). Двое каратистов из младшей группы и один из старшей имеют желтые пояса, а трое уже заслужили оранжевые.

    Тренирует ребят Наталия Саламашкина – сотрудница Набережночелнинского филиала Казанского федерального университета. Именно благодаря ее энтузиазму и стараниям адаптивное каратэ стало доступно «солнечным» детям и взрослым из Набережных Челнов. Однако не только они получают полезный опыт и новые навыки, регулярно занимаясь спортом. Наталия Владимировна тоже многому научилась за то время, что тренирует ребят. Об этом она рассказала нашему журналу, назвав три основных жизненных принципа, которые вынесла из работы с особыми спортсменами. Вот ее рассказ.

    04_3.jpg

    Принцип первый: ищи

    Когда тренируешь особых детей, искать приходится постоянно.

    Во-первых – искать способы взаимодействия с группой. Добиться его бывает непросто. Такие дети обязательно должны эмоционально принять тренера. В моей практике был случай, когда одна девушка попробовала заниматься с нашими ребятами в качестве моей помощницы. Казалось бы, она всё делала правильно, но ей так и не удалось наладить контакт с ребятами: на первой тренировке ее приняли довольно настороженно, а на второй и вовсе устроили сидячую забастовку. Они вообще-то очень тонко чувствуют других людей. Возможно, и при контакте с этой девушкой они просто почувствовали, что в душе она их не принимает.

    Во-вторых – искать методы работы, подходящие при имеющихся у наших ребят интеллектуальных нарушениях. Для таких, как они, есть доступные методические разработки по плаванию, акробатике и даже по футболу, а вот по каратэ – нет. А ведь им не получится объяснять, как другим детям, они даже не все слова понимают. Например, если обычного ребенка можно попросить поставить ступни параллельно друг другу, то для наших это – пустой звук. А еще мышцами они запоминают лучше, чем головой. Поэтому приходится всё объяснять им на наглядных примерах, а также повторять, повторять, повторять… Зато у наших ребят очень хорошая зрительная память. На это и опираемся!

    В-третьих – искать доступные особым ребятам способы освоения техники каратэ. Как известно, у большинства людей с синдромом Дауна есть серьезные проблемы с двигательным развитием, удержанием равновесия, тонусом мышц. Чтобы упражнения были доступны ребятам, тренеру приходится придумывать их самому. Например, когда мы делаем разминку, в какой-то момент вытягиваем руки и выполняем круговые движения кистями. Казалось бы, простое упражнение, а у наших ребят оно не получается. Думала я, думала, что делать, а потом нарисовала круги на картоне, вручила эти картонки с кругами родителям и поставила их перед ребятами. И чтобы добиться нужных движений, попросила участников тренировки обводить эти круги кулаками. Так они и учились делать круговые движения – медленно, но верно. Наших ребят вообще нельзя торопить: хочешь, чтобы тебя услышали и поняли – говори медленно, говори просто, говори мало.

    В-четвертых – искать индивидуальный подход к каждому ребенку. Почти у всех наших спортсменов, помимо синдрома Дауна, есть разные сопутствующие заболевания. Поэтому физическую нагрузку для каждого приходится дозировать индивидуально. Особенно – на начальной стадии. А значит, тренеру сразу же надо очень хорошо узнать своих воспитанников. Так что нельзя забывать: тренируем-то мы, конечно, ребят, однако работаем не только с ними, но и с их родителями, вместе с ними обсуждаем возможности, привычки, предпочтения, сильные и слабые стороны ребенка.

    В-пятых, искать приходится… да, честно говоря, мы всё время в поиске. Если подвести итог, получается: ищи любые возможности, чтобы люди с синдромом Дауна могли заниматься каратэ.

    04_14.JPG

    Принцип второй: иди

    Известно, что синдром Дауна – это не болезнь, а генетическое состояние. Тем не менее некоторые врачи и педагоги до сих пор относят детей с этим синдромом к необучаемым, формируя о них в обществе соответствующее мнение. Чтобы его изменить, нужно идти вместе с этими детьми к людям, в социум, показывать, что они точно такие же, как и другие дети. Этот путь, конечно, не всегда гладок и прост, но другого нет. Поэтому мы каждый раз, если есть возможность, стараемся показать мастерство наших ребят, вывозим их на соревнования. Были и в соседнем Нижнекамске, и в Рязани, и в подмосковном Пушкине. Не буду зря наговаривать: встречают нас везде хорошо, отмечают успехи наших ребят наградами и принятыми в нашем виде спорта знаками отличия.

    Но ведь адаптивное каратэ – это не только про спорт, про физическое развитие и укрепление здоровья. На занятиях ребята получают многие навыки, которые необходимы им для социализации. Чтобы люди приняли их, нужно сделать шаги навстречу. И необходимы те, кто пройдет эти шаги вместе с ними.

    04_6.jpg

    Принцип третий: стучи, даже если закрыто

    Мне очень хотелось бы достучаться до тех, кто организует и судит соревнования для особых каратистов. Дело в том, что каратистов с синдромом Дауна не квалифицируют ни в одну нозологическую группу при отборе участников соревнований. Поэтому в лучшем случае они могут соревноваться с другими людьми с ментальными нарушениями, например, с аутизмом, шизофренией и так далее. Впрочем, это разрешается не всегда. Иногда организаторы прямо так и пишут: «Класс F (спортсмены с ментальными нарушениями), кроме спортсменов с синдромом Дауна». Почему устанавливается такое ограничение – понятно: при синдроме Дауна у людей бывают такие особенности физического развития, которых нет при других ментальных нарушениях. Но я уверена: чтобы добиться изменений в классификации наших особых каратистов, надо как можно чаще напоминать о себе.

    Результаты такой стратегии уже есть: после того как мы поучаствовали в чемпионате мира в Рязани, на нас обратили внимание и пошли нам навстречу: в следующих соревнованиях заявили отдельную группу – FD.

    К сожалению, до полной победы еще далеко, до многих людей еще предстоит достучаться. Вот, например, на соревнованиях в Рязани один судья все время ставил нашему каратисту – 7-летнему Мише – низкие баллы. Как выяснилось, из-за того, что он заметил: у Миши не до конца сжимается кулак. Судья просто не знал, что это обусловлено характерными особенностями физического развития людей с синдромом Дауна: у них плохо развита третья фаланга, поэтому они просто не могут держать кулаки плотно сжатыми. От этого никуда не деться, и раз такие дети есть, они должны иметь возможность участвовать в соревнованиях и должны быть судьи, которые понимают особенности их здоровья.

    Достучаться до тех, кто мог бы помочь нашей секции, тоже очень важно. Потому что желающих помогать особо-то и нет, всего приходится добиваться не «благодаря», а «вопреки»… Нам еще повезло: нашлись люди, которые безвозмездно предоставили отдельное помещение для занятий. В связи с этим хочется выразить благодарность руководителю Набережночелнинского филиала Казанского федерального университета Махмуту Масхутовичу Ганиеву. А еще – благодарность благотворительному фонду «Открытые сердца»: они купили и подарили нам татами на 42 квадратных метра, этого как раз хватило, чтобы оборудовать комнату, где проходят тренировки. Ремонт мы там сами сделали, своими руками. Теперь нам бы еще туда зеркала – очень они нужны для тренировок. А то ведь для тех ребят, которые путают право и лево, приходится показывать упражнения, стоя к ним лицом, в зеркальном отображении. Но некоторые право и лево хорошо отличают и путаются, наоборот, тогда, когда, например, я прошу поднять левую ногу, а сама поднимаю правую. Были бы зеркала – я могла бы показывать все движения, повернувшись к ребятам спиной, а они смотрели бы на мое отражение.

    Ну и, конечно, одна из целей, которые я ставлю перед собой ежедневно, – достучаться до каждого воспитанника. Мы не выводим наших ребят соревноваться с соперниками в бою. На соревнованиях они демонстрируют свое мастерство, выполняя последовательно ряд упражнений – ката, то есть комплекс боевых действий, составляющих технику атаки либо защиты против воображаемых противников. Внешне это выглядит как связка красивых хореографических движений. Каждое из них является выражением силы, скорости, мастерства.

    Для того чтобы запомнить ката, требуются интеллектуальные усилия. Надо уметь выйти на татами, поклониться, встать в определенную стойку, а услышав название ката, вспомнить, из каких упражнений она состоит, и проделать их. Сегодня некоторые из моих воспитанников знают по 4-5 кат. А ведь среди них есть такие, которым трудно даже голову ровно удерживать дольше нескольких секунд! Но они очень стараются. А я ими очень горжусь. Так что вот еще одна истина, в справедливости которой я убедилась, работая с ними: иногда победить себя гораздо важнее, чем победить соперника!

    Похожие материалы